Фридрих Ницше
 VelChel.ru
Биография
Хронология
Галерея
Стихотворения
Стихи: Дионисийские дифирамбы
Так говорил Заратустра
Несвоевременные размышления
Злая мудрость. Афоризмы и изречения
Странник и его тень
Человеческое, слишком человеческое
По ту сторону добра и зла
К генеалогии морали
«ЕССЕ HOMO»
Антихристианин
Веселая наука
Казус Вагнер
Сумерки идолов, или как философствуют молотом
Утренняя заря, или мысль о моральных предрассудках
Рождение трагедии, или Элиннство и пессимизм
Смешанные мнения и изречения
Воля к власти
  Введение
  Предисловие
  Книга первая.
Европейский нигилизм (§1 - §11)
  … §12 - §17
  … §18 - §30
  … §31 - §38
  … §39 - §47
  … §48 - §54
  … §55 - §56
  … §57 - §68
  … §69 - §80
  … §81 - §91
… §92 - §95
  … §96 - §103
  … §104 - §113
  … §114 - §123
  … §124 - §134
Рождение трагедии из духа музыки
Cтатьи и материалы
Ссылки
 
Фридрих Вильгельм Ницше

Воля к власти. Опыт переоценки всех ценностей »
Книга первая. Европейский нигилизм

92. По отношению к немецкой культуре у меня всегда было чувство, что она идет на убыль. То, что я познакомился именно с падающим видом культуры, делало меня часто несправедливым по отношению к явлению европейской культуры во всей ее совокупности. Немцы всегда идут позади, с опозданием: они несут что-нибудь в глубине.
  Зависимость от чужих стран, например: Кант — Руссо, сенсуалисты1, Юм2, Сведенборг3.
  Шопенгауэр — индийцы и романтика, Вольтер4 .
  Вагнер — французский культ ужасного и большой оперы, Париж и бегство в первобытное состояние (брак брата с сестрой5).
  Закон идущих в хвосте (провинция за Парижем, Германия за Францией). Как именно немцы открыли греков (чем сильнее мы развиваем в себе какое-либо стремление, тем привлекательнее становится броситься при случае в его противоположность).
  Музыка есть постепенное стихание звука6.
93. Возрождение и реформация. — Что доказывает Возрождение? То, что царство «индивида» может бить лишь краткосрочным. Расточительность слишком велика: отсутствует даже самая возможность собирать, капитализировать, и истощение идет по следам. Есть времена, когда все растрачивается, когда растрачивается даже та сила, при помощи которой собирают, капитализируют, копят богатство к богатству... Даже противники таких движений обречены на бессмысленное расточение сил — и они быстро приходят к истощению, обессилению, опустошению.
  В реформации мы имеем одичалое и мужицки грубое подобие итальянского ренессанса, вызванное в жизни родственными инстинктами, с тою лишь разницей, что на севере, отсталом и оставшемся на низкой ступени развития, ренессансу пришлось облечься в религиозные формы: понятие высшей жизни еще не отделилось там от понятия жизни религиозной.
  И в реформации индивид стремится к свободе: «всякий сам себе священник» — это тоже не более, чем одна из формул распущенности. И действительно, достаточно было одного слова «Евангельская свобода», чтобы все инстинкты, имевшие основание оставаться скрытыми, вырвались наружу, как свора диких псов, грубейшие потребности внезапно обрели смелость, все стало казаться оправданным... Люди остерегались понять, какую свободу они в сущности разумели, закрывали на это глаза... Но то, что глаза были прикрыты и уста увлажнены мечтательными речами, не мешало тому, что руки загребали все, что им попадалось, что брюхо стало Богом «свободного Евангелия» и что все вожделения зависти и мести утолялись с ненасытной яростью.
  Так длилось некоторое время; затем наступило истощение, подобно тому, как это случилось и в южной Европе, но опять-таки грубый вид истощения: всеобщее ruere in servitium7… Начался неприличный век Германии.
94. Рыцарство как добытое с бою положение власти; его постепенное разрушение (и отчасти переход в нечто более широкое, буржуазное). У Ларошфуко налицо сознание основных мотивов этого благородства душевного строя и христиански омраченная оценка этих мотивов.
  Продолжение христианства Французской революцией. Соблазнитель — Руссо: он вновь снимает оковы с женщины, которую с тех пор начинают изображать все более интересной — страдающей. Затем рабы и госпожа Бичер-Стоу8. Затем бедные и рабочие. Затем порочные и больные — все это выдвигается на первый план (даже для того, чтобы вызвать сочувствие к гению, вот уже пятьсот лет они не могли найти лучшего средства, как изображать его великим страдальцем!). Затем выступает проклятие сладострастию (Бодлер и Шопенгауэр); решительнейшее убеждение, что стремление к властвованию есть величайший из пороков; совершенная уверенность в том, что мораль и desintiressement тождественные понятия; что «счастье всех» есть цель, достойная стремлений (т.е. царство небесное по Христу). Мы стоим на верном пути: небесное царство нищих духом началось9. — Промежуточные ступени: буржуа (как parvenu10 путем денег) и рабочий (как последствие машины).
  Сравнение греческой культуры и французской времен Людовика XIV... Решительная вера в себя. Сословие праздных, всячески усложняющих себе жизнь и постоянно упражняющихся в самообладании. Могущество формы, воля к самооформлению. «Счастье» как осознанная цель. Много силы и энергии за внешним формализмом. Наслаждение созерцанием, по-видимому, столь легкой жизни.
  Греки представлялись французам детьми.
95. Три столетия
  Различие их чувствительности может быть выражено всего лучше следующим образом.
  Аристократизм: Декарт11, господство разума — свидетельство суверенитета воли;
  Феминизм: Руссо, господство чувства — свидетельство суверенитета чувств, — лживость;
  Анимализм: Шопенгауэр, господство похоти, свидетельство суверенитета животности, — честнее, но мрачнее.
  Семнадцатый век аристократичен, поклонник порядка, надменен по отношению к животному началу, строг к сердцу, — лишен добродушия и даже души, «не немецкий», век, враждебный всему естественному и лишенному достоинства, обобщающий и властный по отношению к прошлому, ибо верит в себя. Au fond в нем много хищника, много аскетического навыка, — дабы сохранить господство. Сильное волей столетие, а также — столетие сильных страстей.
  Восемнадцатый век весь под властью женщины — мечтательный, остроумный, поверхностный, но умный, где дело касается желаний и сердца, libertin12 в самых духовных наслаждениях, подкапывавшийся подо все авторитеты; опьяненный, веселый, ясный, гуманный, лживый, пред самим собою, au fond — в значительной мере canaille13, общительный...
  Девятнадцатый век - более животный, подземный: он безобразнее, реалистичнее, грубее — и именно потому «лучше», «честнее», покорнее всякого рода действительности, истинней; зато слабый волею, зато печальный и томно-вожделеющий, зато фаталистичный. Нет страха и благоговения ни перед «разумом», ни перед «сердцем»; глубокая убежденность в господстве влечений. (Шопенгауэр говорил «воля», но ничего нет характернее для его философии, как отсутствие в ней действительной воли). Даже мораль сведена к инстинкту («сострадание»).
  Огюст Конт14 есть продолжение восемнадцатого века (господство «du coeur»15 над «la tete»16, сенсуализм в теории познания, альтруистическая мечтательность).
  Та степень, в которой стала господствовать наука, указывает, насколько освободилось девятнадцатое столетие от власти идеалов. Известное «отсутствие потребностей», характеризующее нашу волю, впервые дало возможность развиться научной любознательности и строгости — этому по преимуществу нашему виду добродетели...
  Романтизм — подделка под восемнадцатый век, род раздутого стремления к его мечтательности высокого стиля (в действительности порядочное — так и комедиантство и самообман: хотели изобразить сильную натуру, великие страсти).
  Девятнадцатый век инстинктивно ищет теории, которые оправдывали бы его фаталистическое подчинение факту. Уже успех Гегеля в противовес «чувствительности» и романтическому идеализму основывался на фатализме его образа мышления, на его вере в то, что преимущество разума на стороне победителей, на его оправдании реального «государства» (вместо «человечества» и т.д.). Шопенгауэр: мы — нечто неразумное и в лучшем случае даже нечто самоупраздняющееся. Успех детерминизма17, генеалогического выведения считавшихся прежде абсолютными обязательств, учение о среде и приспособлении, сведение воли к рефлекторным движениям, отрицание воли как «действующей причины», наконец — полное изменение смысла: воли налицо так мало, что самое слово становится свободным и может быть употреблено для обеспечения чего-либо другого. Дальнейшие теории: учение об объективности, о «бесстрастном» созерцании как единственном пути к истине, — также и к красоте (вера в «гений» для того, чтобы иметь право подчиняться); механичность, обезличивающая косность механического процесса; мнимый «натурализм», исключение набирающего, сулящего, истолковывающего субъекта как принцип.
  Кант со своим «практическим разумом», со своим фанатизмом морали — весь еще восемнадцатый век, еще всецело вне исторического движения; невосприимчивый к действительности своего времени, напр. к революции; не затронутый греческой философией; фанатик понятия долга; сенсуалист, на подкладке догматической избалованности.
  Возврат к Канту в нашем столетии есть возврат к восемнадцатому веку: захотели снова добыть себе право на старые идеалы и на старые мечты — в этих целях и теория познания, «полагающая границы», то есть дозволяющая устанавливать по своему усмотрению некое «потустороннее» разума...
  Образ мышления Гегеля не далек от Гете: вслушайтесь в слова Гете о Спинозе. Воля к обожествлению целого и жизни, дабы в их созерцании и исследовании обрести покой и счастье. Гегель всюду ищет разума — перед разумом можно смириться и покориться. У Гете особого рода, почти радостный и доверчивый фатализм, не бунтующий, не утомленный, из себя самого стремящийся создать нечто целостное, веруя, что только в целом все освобождается и является благим и оправданным.
1 Сенсуализм — направление в теории познания, восходящее к античности (Эпикур), предполагающее, что познавать возможно лишь интуитивно, а всякие рационалистические построения лишь затемняют дело.
2 Юм, Дэвид (1711–1776): английский философ, скептик и агностик; считал причинно-следственную связь бесспорной лишь психологически, а (социальную) психологию поэтому единственной надёжной базой любой науки.
3 Сведенборг, Иммануил (1688–1772) шведский инженер-ясновидец, почётный член СПб. Академии наук, основатель религии Нового откровения («Церковь Нового Иерусалима», существующая и поныне в США и др. странах).
4 Шопенгауэр много почерпнул из индийских и особенно буддийских учений (растворение индивидуальной воли в мировой — аналогия с нирваной и т. п.); романтизм с его мрачным мироощущением героя-одиночки послужил естественным первоисточником шопенгауэровского пессимизма, а с Вольтером находили у него даже внешнее сходство.
5 Парижский период жизни Вагнера, который он сам называл «адом», подвигнул его на «создание большой немецкой оперы». «Культ ужасного» стал проявляться в уставшей от войн и революций Франции в 70-е–80-е гг.: художники, писатели изображали калек, воров и проституток, в кабаре выступали карлики и уроды и т. п. Характерный пример — гениальный художник А. Тулуз-Лотрек (1864–1901), поражённый наследственным заболеванием, сам дитя от брака брата и сестры (двоюродных).
6 Нем. Musik ist Ausklingen, т. е. по смыслу: музыка есть путь к молчанию.
7 Ruere in servitium - брыкание в рабстве (фр.).
8 - Бичер-Стоу, Гарриет (1811–1896) — американская писательница, автор знаменитого романа «Хижина дяди Тома».
9 Ср. евангельское: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное» (Нагорная проповедь, Мф. 5:3).
10 Parvenu - достигнутое (фр.).
11 - Декарт, Рене (1596–1650) — французский философ и естествоиспытатель, автор рационалистической теории познания, предполагавшей возможность достоверного знания, если оно подкреплено стройными логическими рассуждениями (выводимыми на основе математических доказательств).
12 Libertin - распущенный (фр.).
13 Canaille - негодяй (фр.).
14 Конт, Огюст (1798–1857) — французский математик и философ, основатель и «первосвященник» позитивизма (сам себя на склоне лет объявил таковым); верил в возможность и необходимость исправления устройства общества под руководством духовной элиты.
15 «Du coeur» - сердце (фр.).
16 «La tete» - рассудок (фр.).
17 Детерминизм — учение о всеобщей причинной обусловленности явлений в природе, обществе, психике человека. Использовался просветителями (Руссо, Гердер и др.) в качестве антитезы правящему миром промыслу Божию.
Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Х   Ч   

 
 
Copyright © 2018 Великие Люди   -   Фридрих Ницше